Category: отношения

Моряк

Не выходит из головы.

Этой весной лебедь, летя со стаей на север, как всегда, свернул в сторону и сделал несколько кругов над домом Алексея Возможного.

Алексей был в это время во дворе и помахал лебедю рукой.

Тот сделал ещё один круг и резко взял курс на северо-восток: полетел догонять своих.

Но со стороны болота захлопали выстрелы, а затем Алексей увидел, как упал лебедь.

– Лебедя убили, – сказал он, входя в дом.

Серафима Дмитриевна покачала головой и с укоризной посмотрела на Алексея, будто он в чём-то виноват.

А Катя, качавшая Анфису, заплакала.

– Это к беде, это не к добру, – молвила она сквозь слёзы.

– Это не к беде и не к радости, – тихо сказал Алексей. – Просто убили лебедя.

(из повести "Запоздалый стрелок или Крылья провинциала" Вадима Шефнера)
Моряк

В поисках секса. Чего хочет женщина. Часть 2. Герменевтика феноменологии

Здесь нет ни слова правды. Только факты     
      Звуковая Alisia развивает экспозицию:
      
      Твой ответ навел на такие размышления: тело это рамки и границы... Мне понятны эти кожные законы и запреты... Главное несовершенство кожного мышления в том, что ему принадлежит бессилие одолеть пределы внешности... Всякий раз, чувствуя пробуждения зверя, кожа будет щетиниться, сопротивляться... и разворачивать людей  к устоям и законности, а на самом деле возвращать в невежество и детство. Как Оральному слову пробиться сквозь это оргстекло?  С одной стороны всё прозрачно и просто. Чего проще - быть собой… С другой стороны, это стекло не прошибаемо… Мы не знаем, что значит быть собой. Вековые устои и законности привили нам законное понятие быть нами. С одной стороны культура и запреты… вроде бы всё верно, иначе вновь в пещеру или, чего хуже,  после того, что случилось, путь в обратно только путь к смерти. С другой стороны мы ушли от предназначения, от того как должно, как верно и как для нас хорошо в сторону - как «нужно», как «правильно»,  культурно и красиво. 

     
Если женщина есть причина и источник всего, значит -  женщина есть победа. Тогда в чём смысл выхода на тропу войны? А если б не было этого шага, было б развитие вообще и каким бы оно было? Все эти мысли о сексе, как о поле боя мне не по душе. Глупо начинать сражение, заведомо зная, что нет ни победителя, ни побеждённого. Выходит, глупо вообще считать секс сражением… Сражение изначально подразумевает насилие. На проявление насилия мои эрогенные зоны отмирают сразу. Если меня ударят по лицу однажды, я буду пацифисткой, если позволю ударить дважды стану извращенкой. Ни в первом, ни во втором случае не будет ни капли радости, удовлетворения и наслаждения. Изначально к сексу я отношусь пацифично, не воинственно.

 
     
Насчёт штопора… Наверное есть некий смысл в том, кто открывает в тебе женщину. Хотя открытие это чаще сомнительное. Конечно после того, что случилось – этот хуй штопор, вроде как уже не загадка… Только дело в том, что он и отгадкой ещё долго не становится. Долго ещё думаешь, что ты такая уникальная, тебя хотят, на тебя стоит, ты востребована, у тебя как у всех. Со временем понимаешь, что у него стоит на многих, а от того, что всё, как у всех, становится скучно. Если определить источник возникновения желания, то впервые - это чтобы как все. А со временем – хочется, чтобы не как у всех. Я о себе пишу, мне далеко ещё до обобщения сексуальных желаний от лица всех женщин. 
     
Нет стремления наполнить свою дыру этими мужскими половыми огурцами. Скажу больше, нет никаких сравнений, никаких слов. Всякий раз, как впервые, с одной лишь разницей, что глаза уже не полезут на лоб от того, что то, чем тебя наполняют, оказалось крупнее, чем ты предполагала, вот и весь опыт женский. Так что, я много правды нашла в твоих Пролегоменах. Да, по сути ни одна женщина не знает, как и что в нее будет входить, как во время (вперд..) проникновения, что и как будет после. Я вообще подозреваю, что то, о чём ты написал, не знает почти никто из мужчин, не потому, что от них это скрывают, а потому что от многих знаний приятно отлынивать. 

     
Точку G ищут все, почему то думают что она очень далеко, зачастую ищут членом, ведь пальцы руки короче. И вот он со всего размаха, разбежавшись, пытается членом, как дубиной, продолбить какие-то там врата, откуда вылетит всем шматок счастья, или, зажмурив глаза, вертит своим отростком внутри, в попытке открыть на нём третий глаз и включить фару. Так ему хочется увидеть, что ж там внутри. Да ничего, мускулатура, практически член, вывернутый на изнанку. 
     
Многие мужчины не чувствуют приближение оргазма женщины. Им бы на пару секунд задержать свой приход, да какое им дело до управления своей кончиной, если сперма пришла, назад её не загонишь. А ещё им хочется нащупать свой член через живот))) Засунул глубоко и давит на живот рукой,  думает, что его член такой большой и толстый, что его можно прощупать через все внутренние органы женщины со всем их содержимым.
     

О, орал! Понимаю, что он от природы настоящий ас этого искусства. Зато с остальными - это такая морока. А по поводу пресловутого минета - мужчины сами не знают, чего хотят от женщины -  сосать его нужно, лизать или пихать себе в глотку до рвоты… 
      Женщина хочет быть впердоленной, потому что так надо, так у всех, без этого не стать матерью, а это главное предназначение женщины. Женщина не думает о том, как психическое ведёт её к этому, а образовываться этому и учиться по сути негде и не у кого. Вот и выходит, что секс у нас либо подобие страсти, либо попытка размножится, либо карикатура на самого себя.
 


Слава Творцу, что есть в этом некое счастье, удовольствие, а значит и смысл. Учиться нам всем этому и учиться, как завещал великий Вектор. 
      
      Этруск ответно морщит лбище:
      
      Феномены открылись и породили новые вопросы и смыслы, требующие толкования. Внешность! Вот оно – источник комплекса неполноценности и комплекса излишней полноценности, непреодолимый коридор при взгляде на себя изнутри.  Системно-векторная психология Юрия Бурлана позволяет увидеть себя по ту сторону стекла, барабанной перепонки, кожи, задницы, сетчатки, языка, уретры, пупка и шнобеля. Кожная эпоха сопротивляется собственному уходу не слабее, чем сопротивлялась анальная в период 1935-1950 годов. Мировая война, буйство секса и массовых убийств, сексуальная революция и революция Пол Пота. Оральнику там было нечего делать, все видели смыслы и без него, и прошибать там было нечего. Кожа ограничивает всегда, но это ограничение не должно возвращать нас в мракобесные времена анальных ценностей, а должно выталкивать на новую высоту, типа когда всё можно, а делаешь только то, что хочешь – и при этом не выходишь за границы высокой нравственности и не уходя от предназначения.

     
Война – это не насилие, насилие – это последствие войны, это тоже большие смыслы о передаче эякулята победителями вдовам побежденных. А еще лучше это видно в практике деятельности казацкого войска в завоевательном походе. Мужчины завоеванной территории уничтожались (или кастрировались) поголовно, дети обоего пола становились рабами, а женщины – наложницами. Такая ситуация видна с максимальной очевидностью в Южной Америке, и с меньшей очевидностью – в Коми, Якутии, Японии. Потому женщина и могла быть первопричиной всего – ей была гарантирована жизнь в самых страшных войнах. Кроме последних мировых армагеддонов, конечно! Так что береги щеки и отрабатывай ответ с ноги по яйцам, оставаясь в коридоре пацифизма, гуманизма и сострадания, оберегая свои эрогенные зоны не по-кожному, а по-уретральному, в духе нашего редкостного менталитета!
     
   
Открытие женщины, превращение в бабочку, имаго. Важный момент, и здесь не актуальна тайна штопора, здесь важнее откупориваемая бутылка. Чего же она все-таки хочет? Востребованности? Подтверждения уникальности? Подобия скучной средней норме? Всё это в динамике? Загадка пока остается загадкой, хотя мы не ленились в своих поисках, и не закрывали глаз, то и дело лезущих на лоб, свой или чужой. Смелость женщины безгранична, как и доверие ее изначальное. Только не надо разрушать все эти дары природы – прививать ей псевдокультурные неадекватные задвижки-якоря, раздирать её мозг насмешками,  развивать отвращение к самому естественному пути наслаждения, каким бы тернистым он ей не казался.

     
Мужские сексуальные мифы о женском устройстве ничем не хуже и не лучше женских мифов об устройстве мужском, и встреча с ними, по-видимому, неизбежна для каждого. А уж применение мифических знаний на практике не может не доставлять. Или пугать. Предложенный тобой образ вывернутого члена предлагаю развить до цельного образа:  мужчина – это женщина вывернутая наизнанку. С этим образом стоит переспать, прежде чем отвергать аррогантно и огульно.

 

Многие мужчины – это тоже твой личный опыт? Вот где не стоит обобщать. Когда в его голову ударяет сперма – мужчина становится зверем. Медведем, как у Шварца в обыкновенном чуде. Такие смыслы.



А что он там хочет в глубине нащупать? Свою члено-пипиську, боится его-её там оставить навсегда, потерять, утратить. Этот страх Кожного и, особенно,  Анального мальчика перед первым впердоливанием! – никакие девичьи дефлорационные страхи и рядом не стояли, когда он свою гордость (а он ее еще достоинством называют) впервые кожно-суетливо или анально-торжественно погружает в черную дыру! Вот и ищет его через твою плоть, толстый кишечник и мочевой пузырь – не украли ли, учет и контроль!

     
Оральные контакты – разросшееся до безобразия желание целоваться. К оргазмам имеют отдаленное отношение, на этой платформе делай, что хочешь. Как всегда – делай что хочешь. Хотя это ни на что не влияет. Никогда.

     
Итак, женщина хочет быть впердоленной, и от этого факта невозможно отмахнуться никаким Звуковым вектором. Смешались в кучу желания – желания материнства, желания быть как все, желания наслаждения. Научил бы кто! Велик ли конкурс в Институт Реализации Сексуальных Желаний и Бурных Оргазмов? Да как обычно - семь миллиардов человек на место. В очередь, сукины дети! И готовьтесь к вступительным экзаменам!
Моряк

В поисках секса. Чего хочет женщина. Часть 1. Пролегомены

Всё, что здесь написано - это чистая фантазия, ни одно из
описанных событий не имело места в реальной жизни.


Звуковая
Alisia написала:

Вот почему нет нормальных слов, чтобы назвать самый естественный процесс совокупления человеков! Либо мат, либо какая то пошлость…

Впердолить! Хотелось бы начать с самого слова, скорее с его звучания, а затем перейти к значению. С одной стороны оно смешное, только смех этот похож на хихиканье гиены. Странно, но одно и то же значение, звучащее по-разному, вызывает совершенно разные реакции, вызывают различные ощущения, а значит и чувства случаются разные. Сколько всё таки смысла в звуках, том, что мы слышим и как, в том, как мы говорим и как называем то, о чём хотим говорить.

Мужчина, если он хочет, то всегда желает войти в женщину, а женщина – желает ли она, чтобы в нее входили? Вроде бы нет. Или желает, но не признаётся – ни себе, ни людям. Или желает после определённых ухаживаний, не сразу.

А что это значит для женщины - это состояние «совокупления»? Разве это обоюдное состояние? Нет, здесь какой-то скрытый смысл. Если для мужчины - это значит быть победителем, то для женщины - значит терпеть поражение? Для мужчин сам секс - это владение женщиной, и он воспринимается, как победа.

На тренингах по системно-векторной психологии Юрия Бурлана можно услышать, да и на форуме прочесть, что секс - есть состояние войны. А война подразумевает победителя и побежденного. Но какая может случиться война, когда главный агрессор спит на боку, слипшись со своим оружием? А ты сидела в пещере столетиями и, кроме как подчиниться сразу или после непродолжительной обороны – никакого выбора не имела. Наверное, подчинение без обороны было первичным. Это уже в цивилизации возник новый смысл обороны – сдаться, но перед поражением вкусно пожрать. Ведь голод управляет нами, заставляет думать о еде, а после сытого стола можно вспомнить и о сехе. Выходит, что мужчинам прежде приходилось поработать, и только после идти на войну, на которой он становился героем. Развитие в стенах пещеры закончилось «хитростью» - ты мне кусок мяса - я тебе дам))). Вот и весь результат обороны - кусок мяса перед грядущим сексом.

Затем начались вылазки женщин из пещер, приведшие к дальнейшему развитию женской особи. Эмансипация случилась уже тогда, когда самка нашла время и повод выйти из пещеры, а вовсе не в прошлом веке, когда женщина, надев брюки и закурив сигару, села за руль авто и стала банкиршей. Шаг за шагом она приравнивала себя к мужчине. Она уже могла метко стрелять, быстро бегать, планировать будущее, участвовать в духовной жизни. Вооруженная всем этим она и вышла на тропу охоты, на тропу войны… И пошла в атаку.

Облегчило ли это положение мужчин? Думаю, нет. Мужчинам стало сложно понимать женщин. Им теперь не нужен кусок мяса, они сами его заработают. Казалось бы - сыта, расслабься и наслаждайся тем, что тебя хотят и иногда даже тобой овладевают. Нет, начинаются новые изгибы и поиски культурной мамонтятины. Своди в кино, в театр, на концерт, накорми – уже в ресторане, подари колечко, прокати с ветерком. Это же та же война, только борьба происходит не за кусок мяса. В женщинах жива память, что бастионы сдаются за что-то. Именно это «что-то» развивало мужчин. Убить мамонта покрупнее, принести кусок мамонта побольше и нежнее. Сейчас в мужчинах жива память о том соперничестве. По большому счёту быть сейчас успешным мужчиной всё равно, что быть сильным и завидным самцом. Чем успешней самец, тем больше женщин, желающих получить эксклюзивное право на его внимание. Начинается отбор. Кого прогнать, кому остаться. И успешный мужчина имеет полное право выбирать.

Совсем иная ситуация в случае, если право выбирать имеет самка. Она успешна, сыта, но без мужчины остаётся невпердоленной. Казалось бы, зачем ей это? Память, в женщине жива память – она должна сдать бастионы, и что с этим поделать? Не в этом ли исток всех сказок о рыцаре на белом коне, о герое её романа, сказания о том, что сила в слабости, и как чудно быть слабой в руках сильного мужчины.

Сдаться - не значит сожрать коробку конфет и уткнуться в бутоны роз всей рожей. Это значит - проиграть сражение, а значит сделать героем мужчину.

Ну и в самое пору поговорить о том, каким словом можно заменить это ужасное «впердолить», дабы не меняя смысла и действия, исключить хихиканье, примешать немного серьёзности, да и романтизма. Пусть это будет «проникновение». Думаю, с этим сложно поспорить. Проникновение - гибкость и податливость, принятие ситуации, подчинение обстоятельствам, поддержка или подпитка. Образный ряд слова «проникновение» - дать развитие меньшему, благоприятное свидание с великим человеком.

Для меня в этом слове ощущается иной смысл. Конечно, я могу сейчас по звуковому уйти в самую дальнюю степь от секса, образно описывая красоту сексуального между мужчиной и женщиной. Не буду. Вопрос в том, хочу ли я, почему хочу, как, с кем, зачем.

Ответ: Хочу. Потому что я женщина, значит всё-таки человек. Хочется проникновения, притом не только в себя, хочется проникновения и в того, кем буду я проникома. Обоюдное проникновение. Сложно вообще со всей трезвостью и ясностью понять, кто в ком. Ведь если он во мне, значит и я в нём. Это слияние, смешение, воссоединение чего-то разделенного. В момент взаимного проникновения трудно различить принадлежность феромонов в воздухе, трудно разделить дыхание, сложно раздробить ощущения и разделить их на мужские и женские.

Когда? Тогда, когда сложно разделить мысли и желания. Тогда когда это есть их смешение…

Как? Никогда не знаю как, часто не помню в деталях как это было…потому что в момент этот, не выделяла себя, а значит не видела сама себя, а чувствовала одним чувством за двоих, и любой ответ может подразумевать ответ того, кто был тогда со мной.

С кем? С тем, с кем случилось то, о чём писала выше. С тем, с кем сложно разделить мысли и желания.

Зачем? Чтобы слиться в единое целое, чтобы смешать все желания, запахи, слова, мысли, чувства.

А дальше? Дальше жить тем, что осталось в тебе - мыслями, чувствами, словами, запахами, желаниями. Наверное, это некий закон - секс средство размножения, следствие продолжения рода. Слияние и смешение даёт начало новой жизни - одно из главных чудес нашего мира. Проникновение есть слияние с человечеством, желание воссоединения, растворения, это взаимное притяжение, чтобы мы не растерялись в огромной вселенной, а плыли по ней рука об руку вместе.

Пусть в этом много животной страсти, пусть об этом говориться как о средстве и способе наживы состояний или статусов. Мне кажется, каждый сам для себя определяет что он, как, с кем и для чего это делает. Для меня секс абсолютно бескорыстен. Если я делаю это, то значит, мне этого хочется, и нет в этом «зачем», «для чего», «потому что». Я часть вселенной, мне хочется слиться с ней таким же самым способом, как все, потому что я часть той жизни, которая дышит, греет, поёт и плачет.


Этруск. Оральный взгляд с другой стороны.

C войной и миром вроде бы всё точно – есть только маленький нюанс – секс давался воинам перед войной. Собственно, это и была одновременно и инициализация во взрослую жизнь, и мотивация на бой, при этом секс всегда начинался с горячего танца обнаженных Кожно-Зрительных самок. Секс вводил мышечных воинов в состояние ярости, такое войско было непобедимо под руководством уретрального вождя. После боя заунывным пением те же Кожно-Зрительные самки вводили воинов в состояние монотонии, чтобы они, распаленные сражением, не передрались в пещере. Так что в жизни по представлениям системно-векторной психологии – всё так и не так, если речь идет о первичном сексе, мотивированном прежде всего потребностями выживания стаи как в аспекте плодовитости, так и в аспекте межвидовой и внутривидовой конкуренции (охота – это межвидовая война без принципиальных отличий от войны людей с людьми).

Здесь не было семейных отношений, они появились значительно позже, когда первичные кожных ограничения на секс и убийство постепенно сформировались в некую «вечную» анальную ценность, потихоньку отмирающую в наше кожное время. И только тогда и здесь женщина выходит на «тропу войны», да и не всякая женщина. Мы уже многое знаем и про историю развития женских желаний, про их легализацию и легитимизацию.

Мне видится, что ни секс, ни даже сам оргазм, не являются женской победой. Древняя победа над кожником, приносящим бананы и мамонтятину – тоже весьма сомнительна, да кожников на всех не хватает – каждый пятый, да и либидо его маловато в самом широком смысле – слишком много крутился на добыче, дома желает отдохнуть «на боку», а секс можно иногда «сэкономить».

Другое дело женщина – ее победа в том, что она причина и источник всего, а вовсе не результат. Отсюда вытекает и разница между отношениями договорными и отношениями продажными. Первые предполагают некоторую сложность, многоукладность, распределение по уровням и протяженность во времени, своеобразный кредит доверия. Вторые же предполагают использование женщиной единственного ресурса – собственного тела как оно есть, причем в хищническом использовании его лежит обманчивое представление о неисчерпаемости этого ресурса – от женщины ведь не убудет, если ее кто-то поимеет. И только в конце 20 века стало ясно, что убудет, и много, и навсегда. И что проститутки – вовсе не лучшие жены, и даже не жены вообще…

Остается вопрос – зачем женщина идет на войну, если она сама ее причина? И какую беду она там себе находит. Ведь женская жизнь итак засчитывается Творцом, а мужская – только у коитально инициированных!

И остается изначальный вопрос – хочет ли женщина быть поиметой? Изначально, по видимому, нет. В проникновении в нее есть какой-то сакральный смысл – после первого коитуса девушка перестает быть дочерью, или по крайней мере послушной девочкой-ребенком. Вот этого и хочется ей поначалу – пропуска во взрослый мир, именно поэтому первый мужчина запоминается ей на всю жизнь, а вовсе не вследствие каких-то там телегонических эксцессов. Таким образом, можно предположить, что желание наполнять свою вагину мужским членом – вторично в сексе, скорее символично. К тому же там внутри нет ничего, что умеет чувствовать. Последняя надежда Зрительных фантазеров на точку Ж в темных глубинах вагины не оправдалась, она оказалась всего лишь периферическими нервными сплетениями, идущими от клитора к верхнее-передней стенке влагалища.

И тем не менее – что может быть круче смелости женщины, непринужденно забрасывающей ноги на плечи партнера и отдающейся полностью на его милость и милость его члена, который (в Зрительных страхах) может и рвать, и давить, и протыкать ее насквозь. А бывает еще хуже страх – страх оказаться несостоятельной лоханью, не способной войти в плотный  контакт с маленьким члеником – и тогда пойдут прахом все усилия охотницы. А эта высшая доблесть женщины – раздвинуть ноги, стоя на четвереньках СПИНОЙ к своему партнеру! Ни один мужчина не способен на такое отчаянное безрассудство!

А еще! Ведь 99% женщин вообщене умеют совокупляться ни для деторождения, ни для взаимного удовольствия, разве что  Уретральные, а меньше всех - «самые сехуально образованные», начитавшиеся всякой чуши. Они не знают самых элементарных вещей – что надо делать, когда и зачем, они не умеют чувствовать не только партнера, но и самих себя. Они не знают, что сами испытывают оргазм на фазе движения члена внутрь, а мужчина кончает на противоположной фазе движения – на движении изнутри. А если и догадываются, не знают что с этим делать в этот момент, понимая всё через себя и свои ощущения. Они не понимают, что после того, как они получили свой эякулят, их распирает желание поделиться этой радостью, обсудить подробности, проявить нежность, а тому агрессору, что отдал эякулят – хочется всё наоборот – замести следы, закрыть глаза, отвернуться на другой бок, захрапеть…

Проникновение – великая оральная находка твоего Звука, пусть будет так. Куда проникаем? За сфинктеры – вагинальный, анальный, глоточный – остальные, слава Творцу, недоступны для секса пространственно – они спрятаны внутри организма, а то и они нашли бы себе применение на охоте. Только проникновение за сфинктер делает телесный контакт половым актом. И что творят люди? Они озабочены смазкой и расслаблением этих сфинктеров, чтобы они не мешали проникновению, либо упорной тренировкой этих мышц, вплоть до их спазма. Чудаки…

Общество со скрипом признало оральный секс нормой, и женщина тут же обесценила его – вместо глотки использует губы, (если не зубы), язык и немножко щеки. Она пытается что-то высосать из партнера, как из тюбика, бессмысленно и беспощадно!

И вечное Кожное ограничение: «дальше никак, меня тошнит, а это так некрасиво!» И в 69 играть ей не нравится – видите ли, ей оральная стимуляция клитора мешает – МЕШАЕТ!!!))) - сосредоточиться на минете!

И вагинально «не надо так сильно и глубоко – может стать больно». И на плечи ничего не надо закидывать - полусогнутых задних лапок достаточно! И встать на четвереньки ей неприлично! И смотреть туда нельзя, нечего там высматривать. Да не трогай грудь без разрешения! Анус вообще никаким местом неприкасаемый – «это грязно». Крадут у себя же, воюют с собой же. Хорошо, если не накрыло Звуком, ведь Звуковой вектор, считая себя выше всех, гасит и эти зачатки желания в человеке…

В принципе это всё мелочи, всё преодолимо, а если и нет – то не смертельно для вида. Речь о другом – об отсутствии этих знаний даже у самых «опытных» самок. Да и не самки они даже, особи с женскими первичными половыми. А с них всё могло начаться.

А вот и не начинается. Выбирают! «Когда и с кем?... Не сегодня и не с этим козлом. А сегодня я там не подбрилась… У него коротковат, кривоват, тонковат, и не отстиран как следует... А у меня голова болит… И вообще я не такая…»
Не такая, да, это точно, что не такая.

Сех убит не только Звуком. Его убили разговоры и картинки о нем. Его убили сравнения. Убили разборчивость и неразборчивость людей. Убили корысть и бескорыстие. Убили неправильно понимаемые метафизические желания и слишком буквальное их понимание. Убили беструсая открытость и неадекватная запретность. Убили кожная стерильная десакрализация на Западе и анальное мракобесие Востока и горцев. Его убили и животной страстью, и человеческими чувствами. Любовью, то бишь Антисексом! Всем ходом истории…

Кто на Земле теперь хочет быть впердоленной, пардон проникнутой? И кто еще не боится впердолить, пардон – совершить проникновение?